Пройдя всю Европу

На сопках Маньчжурии
Жизнь была тяжелой, голодной. Летом бегали на речку ловить рыбу, охотились на зайцев, в лесу собирали грибы, ягоды, сушняк, шишки, дрова, травы на чай.

Потом в деревнях начали создавать колхозы. У Петелиных забрали корову. Ввели большой продналог, семье почти ничего не оставалось. Поэтому когда старший брат Лепестимиды Емельян предложил устроить 15-летнего Ваню на работу, мать с отцом дали согласие.

Подросток уехал к дяде в Новосибирск, работал там в конторе золотого прииска снабженцем.

В 1936 году Ваню призвали в армию на пять лет. Попал он в Приморский край. Места красивейшие! С высоких сопок через границу был виден Китай. С той поры любимая песня Вани — «На сопках Маньчжурии».

В 1941 году, на последнем году службы, грянула война. Через некоторое время Иван оказался в районе Рыбинска, где шли тяжелые бои. В ноябре он был ранен, попал в госпиталь. После него участвовал в боях на Центральном фронте, затем служил под городом Ржевом в штабной батарее 95-й дивизии.
В 1942 году окончил в Днепропетровске артиллерийское училище и получил звание младшего лейтенанта. После этого Иван в составе Второго фронта прошел всю Украину. Румынию. Венгрию.

Ты трус, дезертир!
Под самый конец войны был ранен последний раз. Лечили его в Чехословакии в городе Пештаны. Всего же за годы войны он получил три ранения.
До смерти носил в спине возле позвоночника осколки снаряда. Был трижды контужен. Имел множество орденов и медалей. После долгого лечения оказался на Украине. Тут он и встретил свою судьбу — Маню. Неразлучно они прожили 58 лет и ушли в один месяц, сначала она и он через 29 дней следом.

Дед Иван редко рассказывал про войну, но из того, что довелось услышать, мне навсегда один рассказ отложился в памяти. Когда он уже стал офицером, ему сдался в плен немец. Что с ним делать? Надо было чем-то его кормить, а еды самим не хватало. Потом приходилось охранять от своих бойцов — уж слишком сильна в самые тяжкие годы войны была у них ненависть к немцам.

Сообщил о военнопленном начальству. Но как раз шли ожесточенные были, не до пленных было. Сказали: «Поступить по законам военного времени». Отвел пленного далеко в лес, объяснил по-немецки, что тот трус, дезертир. Спросил его: «Ферштейн». Немец ответил: «Ja! (Да)».
Тогда выстрелил в воздух, а немцу глазами показал — беги. Потом он часто вспоминал того немца, что не смог выстрелить в безоружного. Говорил в бою оно все легко или ты, или тебя, а вот так глядя в глаза — невозможным для него оказалось.
Вот такая мне вспомнилась история, накануне дня победы, о двоюродном дяде моей мамы.
А что вспоминается Вам, нашим дорогим читателям?

Оставьте комментарий

Войти с помощью: